– Нас ожидает ипотека 2001–2002 годов. Это небольшие объемы операций, очень жесткие требования к клиентам, ставки на уровне 16–17% годовых. Не секрет, что ипотека, которая развивалась с начала 2000-х годов, была ориентирована, по сути, на западное финансирование, потому что в России ни тогда, ни сегодня не сложилась, к сожалению, культура долгосрочного инвестирования.

В нынешней ситуации, когда мы потеряли доступ на международные рынки, у нас фактически не осталось источников для долгосрочного финансирования, кроме капиталов нашей банковской системы.

Безусловно, нужно исходить из внутренних возможностей. Когда откроются западные рынки – вопрос риторический в нынешней ситуации. Капиталы банков, вклады физлиц плюс зарождающийся класс долгосрочных инвесторов – прежде всего это пенсионные фонды, страховые компании, которые кризис затронул в меньшей степени.

Скорее всего, вся ипотека сейчас ограничится квартирами в многоквартирных домах. Дорогостоящие и малоликвидные проекты выпадут из сферы интересов банков и заемщиков.

Чем реалистичнее мы оцениваем ситуацию, тем более правильные шаги сможем совершить внутри своих кредитных учреждений и на рынке и донести их до конкретных чиновников. Не надо ничего бояться, надо говорить об этом.

Когда есть проблемы у банков, возникают проблемы и у предприятий. Многие объявили о сокращении персонала. Мы прогнозируем, что в следующем году это отразится на качестве жизни, на платежеспособности населения, на рисках в розничном кредитовании. Оно не может пройти бесследно. С одной стороны, надо повышать требования к качеству активов, с другой – усиливать подразделения по сбору долгов и развивать коллекторство, совершенствовать судебную систему взысканий. Об этом надо уже сегодня думать: через семь месяцев у нас в полной мере заработает рынок заложенного имущества.

Могут ли действующие заемщики ВТБ24 столкнуться с какими-то сюрпризами для себя со стороны банка? Мы как банк-кредитор на основе той кредитной и обеспечительной документации, которая сейчас оформлена со всеми нашими клиентами, не имеем права требовать досрочного погашения кредита даже в случае уменьшения обеспеченности ссуды, не можем потребовать повышения процентных ставок. Это исключено.

Мы социально-ответственный банк, мы рады, что помогли 60 тыс. граждан России улучшить свои жилищные условия. Мы ожидаем ухудшения качества кредитного портфеля, увеличения резервов. С точки зрения прибыльности нынешних операций у нас никаких сложностей нет. Никаких списаний мы не планируем, ни в конце этого, ни в начале следующего года.

Единственное, о чем надо подумать заемщикам: о конвертации своих валютных обязательств в рубли. Мы сейчас думаем такую услугу предложить. Это уже делается. Есть единичные обращения людей, которые имеют валютную ссуду и хотят ее переоформить в рублевую. Это технически несложно сделать. Это, по сути, то же самое рефинансирование, люди получают новую ставку рублевую, которая сегодня высокая достаточно. Тут есть и за и против.

Абсолютная разница, конечно, большая. Если полгода назад валюту мы выдавали по 10-11% годовых, то сейчас рублевые ставки равны 14-15%. Зато вы полностью избавляетесь от валютного риска. Это правильно, вы должны кредиты погашать в той валюте, в которой доходы получаете. Сейчас у нас в стране не так много осталось людей, которые имеют зарплату в долларах, у большей части населения фиксированный рублевый доход.

Круглый стол "Опасная ипотека"

Григорий Куликов ("Миэль"): «Проседание вероятно, но в пределах 10-15%» (текст + видео)

Код для блога