Я считаю, что министру образования и науки Андрею Александровичу Фурсенко нужно побеседовать с моей дочерью Дарьей.

Ей 13 лет, шесть лет из них она училась за границей – в США и Италии. В этом году пошла в русскую школу.

Лучшего эксперта в области начального и среднего образования трудно найти. Ежевечерние разговоры с Дарьей иногда приводят меня в шок, иногда – в ярость, а иногда вызывают припадки смеха. Понятно, что больших перемен в образовании ожидать не следовало. Понятно, что как минимум еще одно поколение должно вырасти. Но надо признать, что школа как была советской, так ею и остается.

У Дарьи есть интересный вопрос: «Папа, почему они все время делают плохо и почему все делают с негативом?» Ребенку, учившемуся за границей, очень трудно понять, отчего 90% школьников всю свою энергию и ум направляют на негатив. Рисуют на стенах, дерутся, ругаются, оскорбляют и унижают друг друга и т. д. У дочки по этому поводу был культурный шок.

Второй вопрос – дикая демотивация учителей. Дарья никогда не видела, чтоб учитель в западной стране во время урока красил губы, смотрел в зеркало или кричал на ученика. «Почему учителя все время на нас кричат, почему ругаются, откуда этот дикий негатив, злость?», – не может понять она.

Побеседовав с дочерью, я понял, что моя школа № 33 в городе Ленинске-Кузнецком Кемеровской области в 1986 году и школа № 1251 в городе Москве в 2007 году ничем принципиально не отличаются. Советская школа – губитель того хорошего, что у нас есть. Продолжение колонки о проблемах образования читайте в «Ф.» № 40.